Осетинская

• «У меня все было хорошо». Семен Слепаков про юмор, отъезд из России и новую жизнь
• “Пока есть деньги - война будет вечной”. Разговор с сооснователем “Вышки” Игорем Липсицем
• «Очень не люблю двуличие» — Наталья Зубаревич об экономике и фатализме
• Большой разговор про Израиль. Нация стартапов, экономика инноваций, сектор Газа и антисемитизм
• «Мы как красавчики в первых рядах»: AI-стартап Toloka от выходцев из Яндекса
• «Мы играем в нападение». Интервью с основателем Revolut Николаем Сторонским
• Мы будем жить до 130 лет! Как создатель Maps.me Юрий Мельничек делает лекарство от старости
• «Я понял, что это конец»: как создатель «Алисы» уволился из «Сбера», эмигрировал и строит AI-стартап
• Roberto Di Marino CHRONOS Polina Osetinskaya Maxim Novikov Максим Новиков Полина Осетинская
• «От дури Кремля ничего не спасет»: Владислав Иноземцев о надеждах на мир и российской экономике
• Инноватор из СССР. Неопубликованное интервью основателя «Билайна» и мецената Дмитрия Зимина
• "Вся мускулатура нации направлена на зажмуривание". Два часа с Екатериной Шульман в Берлине
• Нейросети захватили соцсети: как казахстанский стартап взорвал все AI-тренды и стал единорогом
• Как создатель мобильного YouTube ищет лекарство от рака. Первый герой “Русских норм!” 6 лет спустя
• Как за 3 года заработать $1,5 млрд? Секреты самого горячего русского стартапа
• Кто отравил Дурова, владелец «Яндекса» победил всех, как Кремль подкупает пропаганду | Осетинская
• Уволят ли Набиуллину, кто стоит за Max, почему Москва не спасла Рубена Варданяна | Осетинская
• Кто и как создает приватный AI. Блокчейн, суперинтеллект и пицца за крипту
• Сергей Галицкий. Первое интервью после сделки: почему продали «Магнит», о футболе, Мамаеве и Крыме